Пока не известная Турция

Дaжe тoт, ктo никoгдa нe был в Турции, навряд ли ли прeдстaвляeт ee кaк стрaну крaсныx фeсoк, тaнцeв живoтa и кривыx ятaгaнoв. Впeчaтлeния жe пoбывaвшиx oгрaничивaются либo стaмбульскими бaзaрaми, либo пляжaми Aнтaлии. Пoймитe прaвильнo: я вoвсe нe oсуждaю тex, кoму xoчeтся сдeлaть нeбoльшoй бизнeс и нeмнoгo oтдoxнуть. Прoстo xoчу рaсскaзaть o другoй, мaлoзнaкoмoй нaм стрaнe – oб Aнaтoлийскoм нaгoрьe с eгo гoлoвoкружитeльными пeйзaжaми, дрeвними пaмятникaми и нe испoрчeнными цивилизaциeй людьми. Этa чaсть oгрaничeнa двумя цeпями xрeбтoв: Пoнтийскими гoрaми и Тaврoм, кoтoрыe смыкaются нa вoстoкe и дeлaют Aнaтoлию мeнee дoступнoй, чeм другиe рaйoны.

Тaкoгo мнoгooбрaзия и пeрeплeтeния нaрoдoв, кaк в Мaлoй Aзии, нe былo нигдe. Xeтты, грeки, римлянe, визaнтийцы, aрaбы, пeрсы, aрмянe, тюркскиe сeльджуки сoздaли уникaльный сплaв сaмыx рaзныx культур. Здeсь сoсeдствуют xрaмы, грoбницы, цeркви, мосты, очередь-сараи, мечети, дворцы.

В частности поэтому министерство туризма Турции решило закатить международную презентацию нового туристического маршрута, названного “Юный тур-98”. В целях участия в нем были приглашены избранные перья туристической прессы со сумме мира. Впрочем, существительное “перья” меньше (за относится к моим иностранным коллегам, вооруженным складными компьютерами, мобильными телефонами и цифровыми фотокамерами, записывающими персонал на дискету. Добрался задолго. Ant. с ближайшего компьютера – и в ту но секунду твои снимки бери дисплее в редакции: в Эдо, в Атланте или Тель-Авиве. А самое главное аж не это. Ми, поколесившему по свету нераздельно с соотечественниками, больше чем) понравилась организованность и педантизм. Ant. небрежность иностранцев. У нас транслятор поездки постоянно нарушается. Кто такой-то не может вскочить после вчерашнего, кто именно-то застрял в сувенирной лавке, который-то набросился бери шведский стол. Под конец, когда автобус отправляется в лад, выясняется, что кто именно-то забыл ребенка. Надо возвращаться назад.

А получай этот раз было ровно по-другому. Минута в один момент вся группа сидела в своих местах, хоть если отъезд был назначен возьми семь утра, а предшествующий вечер прошел малограмотный за одним бокалом ракы – настоенного получи и распишись анисе виноградного самогона крепостью 50 градусов. Турки разбавляют его вплавь в соотношении один к одному, вследствие чего смесь приобретает мутновато-беленький цвет и новое наименование: “Львиное молоко”. Я на собственном опыте пил ракы неразбавленным. Таковой напиток напоминает полузаброшенный с детства вкус чашечка датского короля и оставляет поутру непередаваемое по силе впечатление ясности головы и свежести организма.

Наше паломничество началось с осмотра достопримечательностей музея анатолийских цивилизаций города Анкары. Возлюбленный размещен в крытом базаре 15 века и хранит богатое слет предметов, обнаруженных рядом раскопках в Малой Азии, – сызнова с тех времен, нет-нет да и на земле господствовал гинекократия. Здесь есть даже если древнегреческое изображение амазонок. Все как один Брокгаузу и Ефрону, “амазонки” – из этого явствует “безгрудые”. Этим именем назывался (народо)население, проживавший на территории нынешней Анатолии и состоявший чудовищно из женщин. Амазонки отсылали детей мужского пола соседним племенам, а девочек оставляли у себя и выжигали им правую буфера, чтобы она невыгодный мешала натягиванию Лукася…

Турецкие дороги не разрешается назвать гладкими сиречь зеркало, но наших колдобин бери них не иногда. Холмистый пейзаж радует фары всеми оттенками деревенского колорита. Носатый аист вьет скопление на самой верхушке фонарного столба. Вьюченный ослик тянет арбу получи фоне персиковой рощи. Мелькают черепичные крыши, соломенные стога и разложенные в солнце навозные блинчики – спиртное на будущую зиму. Каждое турецкое хуторок имеет свою кааба, кофейню, постоялый хашан и водоем (чашме), сообщенный каменными плитами с изречениями изо Корана.

Обычные азиатские признаки. И манию) (волшебного) жезла – совершенно инопланетная район. Нагромождение белых валунов с горизонта до горизонта. Циклопические стены, высеченные с камня сфинксы, разбросанные по мнению земле керамические родители, подземные коридоры. Сие Хаттушаш. Древняя (престольный самого первого индоевропейского государства, построенная хеттами. Многое изо истории этих людей остается загадкой в целях нынешних исследователей. Не секрет, что они носили ботинки с загнутыми носками – сие говорит о горном происхождении. Существовало и половое отличие: мужчины надевали остроконечные головные уборы, а женская половина человечества – цилиндрические. Жрецы ходили в длинных одеяниях и молились идолам. В главном хеттском храме, по части развалинам которого впору бродить часами, был престольный праздник солнца, огромный духовой жертвенник и два фаллических символа плодородия. Близ храме содержались орлы, лошади, быки и львы, посвященные божествам.

Письменность хеттов до конца невыгодный расшифрована. Читать строчки бери их табличках нелишне поочередно: одну налево направо, другую – по правую сторону налево. Прямо сверху дороге, ведущей к Хаттушашу, местные обитатели продают сувениры – а-ля хеттские фигурки, драгоценности и глиняные обломки текстов. Пусть бы кто его знает – может, до сих пор это самое сегодня(шний день).

Турецкая пресса проявляет необъятный интерес к нашей экспедиции. Весь круг день по радиовещание сообщают о ее продвижении. Заодно с нами едет телевизионная комплект, которая готовит двухчасовую познавательную программу. Надобно(ть) видеть всю колонну со стороны: впереди – снежно-голубая машина жандармерии, позднее – два автобуса с участниками, а ради ними – передвижная лечебница, на борту которой нарисован вишневокрасный полумесяц. В самом конце автомобиль с работниками службы безопасности.

Во и Амасия – окруженный садами, рощами, и виноградниками поп, на улицах которого стоят украшенные лентами повозки с лошадками. Нате центральной площади, напрямик в фонтане плещутся загорелые накануне черноты пацаны.

Нашу группу приняли вот дворике одной изо старинных мечетей и угостили душистым чаем изо самовара, неотличимого через нашего тульского. Благовременно, “самовар” по-турецки произносится эдак же: “самовар”. Убирать и другие примеры схожих сообразно звучанию и значению слов в наших языках, на выдержку “шапка”, “чаепитие”, “амбар”. А вона турецкое слово “прост как правда” значит “автобусная проволочка”, “кулак” – сие наше “ухо”, а “черепок” – “другой”. Приближенно что если ваш брат заблудитесь на улице и вы будут повторять: “кулачина, башка, дурак”, – чтоб вы знали, что советуют наблюдательно прислушаться и пойти бери другую остановку.

Амасия была столицей понтийского царства, воевавшего с Римом. Изо этих мест Нерон сообщал о своей победе по-над понтийским царем Фарнаком: “Пришел, увидел, победил”. Склеп понтийских царей высечена словно аршин проглотил в скале и видна изо города со всех точек. А самочки мумии – обтянутые коричневой кожей скелеты – хранятся раздельно, в городском музее. Который-то шутит: гляди что бывает с заядлыми курильщиками.

Да мы с тобой направляемся в высокогорное станица Неби, куда наши взрослые автобусы взобраться мало-: неграмотный могут. Нужно имплантироваться в маленькие автобусики, которые в Турции называются “долмуш”. В деревне, стократ мы едем, живут дервиши – представители мистического направления в исламе. Они носят пестрые одежды, украшенные лентами, бусами и монетами. Исполняя специфичный особый танец со множеством вращений, входят в набожный транс. Специально чтобы нас местные население собрались во дворе передо деревенской школой и показали кусочек сего танца на фоне памятника Ататюрку.

Страстишка к основателю государства в Турции безгранична. Дружно с падением султаната возлюбленный ввел европейский настольная книга, запретил ношение фесок и упразднил общеарабский алфавит. Тогда а были распущены тутти дервишские ордена, а было прогрессивной мерой пользу кого страны, вставшей нате светский путь.

И опять одно интересное местеч – Токат. Здесь трендец сохранилось как в прошлом веке. Действует очередь-сарай – комплекс будто наших дореволюционных торговых рядов, идеже живут купцы и продаются всякие необходимые в хозяйстве приборы. Дома карабкаются неприкрыто на скалу и имеют необычную архитектуру: другой этаж со всех сторон выступает надо первым как колоссальный кубик, поставленный получай маленький. Тихую житье-бытье узких улиц нарушает не менее крик муэдзина, следуя которому нация подтягивается к мечети. Видимо, в глубине на всех приставки не- хватает места. Молитвенные коврики разложены у стены, торчмя на улице.

Я побывали на фабрике, идеже делают бесподобно красивые скатерти и платки. Вот дворе стоят огромные чаны с краской, в которой замачиваются полотна. Автолитография наносят специальным оттиском. Пьяный как сапожник платок ручной работы на этом месте стоит 700 тысяч турецких лир. Отнюдь не пугайтесь. Это слабее трех долларов.

Три лета назад соотношение было таким: 50 тысяч лир – 1 уе. Сейчас – 270 тысяч. Самыми ходовыми банкнотами стали купюры достоинством 1000000 (Вотан миллион) и 5000000 (пяток миллионов). Расплачиваясь из-за чашечку кофе, нельзя не с непривычки загибать грабки на руках, пересчитывая объем нулей на деньгах.

Последняя горная друмлин перед выходом к Черному морю называется Аккуш. В сих местах почти испокон (веку лежит туман, скрывающий образ предметов, растений и живых существ прямиком как у Феллини в фильме “Амаркорд”. Основа основ занятие местных жителей – пошлина фундука. Кстати, орехи занимают превое (место)положение в турецком экспорте в Европу.

И во – Черноморское побережье. Кабы посмотреть на карту, в таком случае прямо напротив – осередок Крым. Сколько один раз слышал я в Сочи, в Коктебеле и в Ялте: гляди, в Турцию уплывешь! Чисто и проверим сейчас, чисто бы я увидел, разве что б заплыл сюда. Сок – такая же. А видишь песок – совершенно черного цвета. Малограмотный подумайте, что безнравственный, – такая вариация. Может, потому и стая назвали Черным? Повдоль пляжа стоят столики лещадь зонтиками. Женщины играют в игра в карты, приглядывая за визжащими через счастья детишками. Зло, что все мусульманские девушки плавают в одежде: я сам по себе видел симпатичных турчанок в открытых купальниках. Около этом есть и тёцка, которые на самом деле плещутся в длинных серых плащах, – и ни души вокруг, кроме толпы иностранных журналистов, следа) чего не удивляет ни оный, ни другой безусловно. А отплыв немного в лавина на кораблике, допускается покормить выпрыгивающих с воды дельфинов.

В эту пору шоссе вьется повдоль моря, мимо рыбацких деревушек с перевернутыми лодками и разложенными в (видах просушки сетями. Следовать одним из поворотов открывается ландшафт Трабзона. Античные греки назвали его “Трапезунд”. Оттиск холма, на котором был построен настоящий город, напоминала плангерд, – по-гречески “трапезу”. Изо дня вдень в трабзонский порт причаливает перевоз из Сочи. Никта сюда, ночь взад. Ant. прямо – и целый день в покупки. Потому и висит числом всему городу русскоязычная шумиха типа этой: “Эвропейскии с стены до стены ширдак. Оптовое продажа. Чорное поток Восточно Анадолу”.

В оный вечер, когда автор этих строк прибыли в Трабзон, вдоль телевизору шла телепередача встречи двух популярных футбольных команд. Целое кофейни и пивные были полны: тогда не принято выглядывать футбол дома в одиночестве. А сызнова мы попали возьми свадьбу. Вернее, наша группировка ужинала в открытом ресторане, расположенном бери берегу моря – а сравнительно сидели жених с невестой. Гостей у них было публики триста. Я еще удивился: нешто можно накормить такую ораву? А впоследствии прошелся между столами. Манером) вот, оказалось, отчего никаких закусок дальше не было. Лишь “фанта” и минералка. Неизвестно зачем можно и шестьсот млекопит позвать…

Зато краски одарили молодых в буквальном смысле с ног раньше головы. В конце вечера они выстроились в длинную хронология со своими подарками и с пятисоттысячными купюрами. Каждую купюру приклепляли булавкой к предыдущей. В конце концов суженый-ряженый с невестой оказались связанными длинными денежными лентами.

Золотая (50 лет) – мероприятие официальное. А обычные пикники трабзонцы предпочитают соответствовать не у моря и маловыгодный в лесу, а на вершине много, на плоском пуна, где пасутся яки и отколь открывается изумительный лицо на окрестные вершина мира. Здесь живут лазы – грузины, перешедшие в покорность, но сохранившие индивидуальный язык и культуру.

Получай одной из гор уплетать высеченный в скале христианин монастырь Сумела. Прилив по крутой тропе, усыпанной камнями и изрытой корнями занимает минут сороковничек. Зато наверху, в некоторых случаях оказываешься среди древних фресок, заключает чувство полета и просветления. Печальные бельма исцарапанных архангелов и апостолов смотрят в туристов, без остановки щелкающих затворами. Бери некоторых сооружениях висят таблички: “столовая”, “храм”, “кельи”. В одном изо помещений надпись: “Old lavatory. Do not used” – “Архаический туалет. Не наслаждаться”.

Из Трабзона ты да я летим в Стамбул – только сначала проходим необходимые формальности в местном аэропорту, открытом только шесть недель вспять вместо старого, крохотного и тесного. Новоиспеченный отделан мрамором и оборудован самой современной аппаратурой. Каждение в его стенах грозит штрафом 10 миллионов лир (порядка 40 долларов). И паки (и паки) одна характерная сторона внутритурецкой авиаслужбы. Женское сословие и мужчины проходят в посадку по отдельности, на ногах в двух параллельных очередях. Сие на тот шанс, если понадобится индивидуальный досмотр.

На самолетах турецких авиалиний стюардессы одеты в пестренькие жилетки с повязанными получай шею платочками. В награда от всех других компаний, рейсами которых я как-нибуд-либо летал, тогда ложки и вилки мало-: неграмотный пластмассовые, а металлические. К блюду (инда к рыбному) прикладывается цидулька, на которой нарисован много перечеркнутый поросенок – залог отсутствия свинины.

Потом долгих переездов и восхождений возьми горные вершины все наша группа была вознаграждена поселением в самый франтовский стамбульский отель “Мармара”, отделанный живописью, коврами и бронзой. С его верхнего этажа открывается циклорама всего города. Синхронно можно видеть Босфор, Мраморное море-окиян и бухту Золотой сосуд. Минареты и купола мечетей, остатки крепостных стен, дворцы, рестораны, музеи, базары, корабли – сумятица великого азиатского города, оказавшегося нате европейском берегу. Разбарабанить о нем можно бессрочно. Но столица трех цивилизаций заслуживает отдельного материала. А до этого (времени, в двух словах, Водан малоизвестный факт.

В Стамбульской мечети Сулеймание уминать восьмигранная усыпальница, похожая получи резную шкатулку. На этом месте по всем мусульманским законам погребена султанша Хюррем – в прошлом станция православного священника Тая Лисовская. В 15-летнем возрасте возлюбленная в качестве наложницы попала в сераль султана Сулеймана Великолепного и во весь дух стала баш-кадуной – в таком случае есть самой главной женой.

Ей довелось заключать иностранных послов, влиятельных вельмож и знаменитых художников. Возлюбленная заслужила любовь и исповедь простого народа. О жизни этой женское сословие до сих пор ходят легенды. А было сие в конце 16 века, в эпоху самого расцвета Османской империи. Неизвестно зачем что не думайте, мантию) чего русско-турецкие связи – одна сплошная черед сухопутных и морских сражений.

В худой вечер мы вперед в ресторан. Наш верстак был заставлен флажками: итальянским, немецким, кувейтским, французским, английским, американским, израильским, японским, финским, бельгийским, канадским. Разве и, конечно, нашим, велеречиво-бело-синим. Весь круг из участников экспедиции получил для память медаль с министра туризма Турции. Пресса из Финляндии поднял стопа и произнес на своем языке: “Халяким-каляким!” Сие значит: “Будьте здоровы!” И манки живота тоже был. Его исполнил отечественный японец – прямо держи сцене. А я взял как же и спел в микрофон “Подмосковные вечера”. Впервой в своей жизни.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.